Вернуться к О.А. Иванов. Екатерина II и Петр III. История трагического конфликта

Глава 1. Публикация

Лондонская публикация

Впервые письмо великого князя Петра Федоровича к великой княгине Екатерине Алексеевне увидело свет в 1859 году в Лондоне во втором французском (далее: ГИ2) и первом русском издании (далее: ГИ*) Записок Екатерины II. Это письмо входило в Приложение (называвшееся в ГИ2: Appendice. Lettres du grand-duc Pierre), в котором были помещены, кроме того, шесть записок И.И. Шувалову и одна барону Штакельбергу, а также отрывок из письма Екатерины II Ст.-А. Понятовскому** и фрагмент депеши французского посланника в России Л. Беранже. Все документы были написаны по-французски; в ГИ они сопровождались переводом на русский язык.

Примечательно, что как в Предисловии к первому французскому изданию Записок Екатерины II (далее: ГИ1), повторенному в ГИ2, так и в записке, предпосланной ГИ, о письмах Петра Федоровича ни слова не говорилось. Связано ли это было с тем, что ГИ2 и ГИ готовились в спешке, или с тем, что Герцен не считал письма Петра Федоровича важными документами, сказать трудно (об этом пойдет речь в VII разделе представленного исследования).

К слову Pierre в Appendice (в ГИ2) было сделано следующее примечание: «Ces lettres ont été trouvées a Moscou il y a un an; elles n'ont jamais été imprimées. Nous les tenons de M.A. Herzen. L'orthographe de l'original a été conservété».

Текст письма Петра Федоровича, напечатанный в ГИ2 под заголовком «Lettre à la grande-duchesse Caterine», выглядел следующим образом:

Madame,

Je vous prie de ne point vous incommodes cette nuis de dormir avec moi car il n'est plus tems de me trompes, le let à été trop étroit, apres deux semaines de séparation de vous aujourd'hui apres mide.

Votre
tres infortuné
mari qui vous ne
daignez jamais de ce nom
Peter.

le.................Xr
1746.

К слову Madame было сделано примечание: «Cette letters fut envoyée par un domestique du grand-duc, André de nom; mais elle fut intercepée par Stehelin, et la grande-duchesse ne la reçut pas»***.

Как полагал Н.Я. Эйдельман, ГИ2 вышло в самом начале года, а ГИ — в середине февраля1. И хотя упомянутый исследователь не привел каких-либо доказательств, есть основания полагать, что в вопросе последовательности он был, по-видимому, прав. В ГИ2 в упомянутом примечании к письму Петра Федоровича есть такая фраза: «...они никогда не были напечатаны» (elles n'ont jamais été imprimées), которой нет в ГИ, что, по-видимому, логично, а не случайно.

В ГИ произошло примечательное упрощение. Из содержавшегося в ГИ2 примечания к подзаголовку «Письма великого князя Петра Федоровича» (которое в нашем переводе звучит: «Эти письма были найдены год назад в Москве; они никогда не были напечатаны. Мы получили**** их от г-на А. Герцена. Орфография оригинала сохранена») получилось заглавие: «Письма великого князя Петра Федоровича найденныя год тому назад в Москве». По каким-то не совсем ясным обстоятельствам Герцен решил снять в русском издании упоминание своей роли в публикации писем Петра Федоровича, хотя об этом и так можно было догадаться (о наших предположениях по этому поводу будет рассказано во второй части книги). Что же касается выражения «найденные год тому назад», то можно предположить (используя примечание, сделанное в ГИ к письму Понятовскому), что речь идет о 1858 годе. Обманывали ли Герцена его корреспонденты или он сам, пытаясь сохранить их инкогнито, проставил неверную дату, определенно сказать трудно.

Второе примечание в ГИ2 существенных изменений в ГИ не претерпело (без учета упомянутых записок). В нашем переводе (а перевода на русский язык в ГИ не приводится) это примечание выглядит так: «Это письмо было послано со слугой великого князя по имени Андре; затем оно было перехвачено Стехеленом (или Штехеленом)5* и великая княгиня его не получила».

По не совсем понятным причинам издатели ГИ поместили письмо в разделе «Перевод» в самом конце, хотя, в соответствии с датой, оно должно было стоять, как и во французском варианте, первым6*. Кроме того, не был сделан перевод упомянутого примечания с именем Stehelin. Напротив, в русском переводе появилось примечание (уже к слову Петр), в котором говорилось: «Под прочими письмами В.К. подписывался Pierre, под этим Peter. Хотя мы и старались перевести эти письма слово в слово, но вся прелесть орфографических ошибок утратилась» (ГИ, 267).

Погодинские намеки

Впервые в самой России о находке письма Петра Федоровича как об «автографе императора Петра III... великой важности» стало известно в 1868 году из послесловия М.П. Погодина к его публикации в сборнике «Утро» материала под названием «Об открытии записок Штелина». Историк, сообщив некоторые подробности обстоятельств находки, ничего не сказал о ее содержании, многозначительно заметив: «подробности после»2. «Подробности» (далеко не полные и верные) стали известны читателю лишь в 1893 году, когда появилась 7-я книга «Жизни и трудов М.П. Погодина» Н. Барсукова. В упомянутой публикации М.П. Погодин ограничился только тем, что привел перевод и немецкий текст (как будет показано ниже, не весь) приписки Я. Штелина на письме Петра Федоровича7*.

Прошло время; в 1890 году появился первый том «Истории Екатерины II» В.А. Бильбасова, в котором письмо Петра Федоровича лишь упомянуто в предложении, касающемся Чоглоковой: «Полгода спустя8* после назначения ее обер-гофмейстериной, великий князь в письме к своей супруге явно обличал, что Чоглокова не достигла цели». Но к этому тексту Бильбасов сделал следующее примечание: «Будущему историку Петра III предстоит определить степень подлинности этого письма»3. Кстати сказать, в берлинском издании 1900 года «Истории Екатерины II» этого примечания нет, но приводится текст письма по лондонскому изданию4.

Как известно, труд Бильбасова, особенно второй его том, подвергся резкой критике Александра III за скандальные подробности и факты5. В этих условиях публикация письма Петра Федоровича сделалась невозможной. Однако в упомянутой 7-й книге «Жизни и трудов М.П. Погодина», вышедшей в 1893 году, некоторые детали и подробности появились. Необходимо заметить, что составитель этого труда Н.П. Барсуков выпустил ряд важнейших подробностей и деталей, препарируя документы из архива Погодина так, чтобы сохранить концепцию находки и передачи письма, намеченную последним в «Утре». Правда, Барсуков дополнил туманные слова Погодина об автографе «великой важности» прямым указанием: «Это письмо великого князя Петра Федоровича к его супруге великой княгине Екатерине Алексеевне. Под письмом значился месяц февраль 1746 года. На обороте внизу рукою Штелина было записано, что он перехватил это письмо...» Но текст письма не привел. Барсуков поместил также немецкий текст (с небольшими отличиями)9* и перевод приписки Штелина.

Что касается «одного издания за границею», где было напечатано письмо Петра Федоровича, то у Барсукова оно названо полностью: в прибавлении к русскому переводу Записок Екатерины II, напечатанных в Лондоне с примечанием, что недавно оно найдено в Москве ученым при разборе бумаг Штелина. Откуда Барсуков взял «ученого» и «при разборе бумаг Штелина» — неизвестно; как мы видели, ничего подобного в ГИ нет. Примечательно и то, что Погодин (или Барсуков) не знал о существовании ГИ2. Рассказ Барсукова не прояснил, как в ГИ появились письма великого князя Петра Федоровича к И.И. Шувалову.

В 1906 году в «Русской старине» было переиздано Приложение, содержащееся в ГИ, и, естественно, письмо Петра Федоровича6. Однако никакими дополнительными комментариями издатели своей публикации не сопроводили. Более того, они даже не воспользовались французской сноской, в которой упоминался Штелин, а уж о приписке его, опубликованной в «Утре», — и подавно. Тут следует сказать о весьма странной реакции «Русского архива» на упомянутую публикацию. В 1907 году (№ 2) под рубрикой «Из записной книжки библиофила» появилась заметка сотрудника журнала В.М. Остроглазова7. Автор, цитировавший погодинский рассказ в «Утре», не мог понять — об одном и том же ли документе идет речь в упомянутом рассказе и публикации в «Русской старине», в которой ничего не говорилось о приписке Штелина и была другая дата. Как это ни странно, но сотрудник «Русского архива» не знал, о каком заграничном издании говорил М.П. Погодин. «Я во время моего пребывания за границею, — пишет он, — не мог найти этого издания». Все это выглядит странно: библиофил, не державший в руках книги «Жизнь и труды Погодина»; редактор журнала П.И. Бартенев, все хорошо знавший, издавший в 1866 году письма Петра Федоровича к И.И. Шувалову, но не подсказавший своему сотруднику, где и что ему нужно искать, и пропустивший подобную наивную заметку. Кстати сказать, Бартенев почему-то так и не напечатал в своем журнале упомянутое письмо. За всем этим, скорее всего, скрывалась какая-то тайна.

Следует сказать несколько слов и об упомянутой выше публикации писем Петра Федоровича к И.И. Шувалову, увидевших свет, как уже говорилось, в ГИ2 и ГИ. Бартенев снабдил их примечанием, в котором, в частности, говорилось: «За сообщение этих писем мы обязаны благодарностью М.П. Погодину. К сожалению, на этих письмах, или, вернее, записках, посылавшихся из одних комнат дворца в другие, не означено числовых помет...»8 Последнее замечание мы понимаем так, что Бартенев видел подлинники, которых нам, кстати сказать, найти не удалось. Публикация выглядела опасной, поскольку указывала на владельца таких важных документов, который допустил или, что еще более неприятно, способствовал их проникновению к Герцену. Однако нет никаких данных, говорящих о том, что власти увидели в этой публикации криминал; нам не удалось найти ничего подобного в фонде Московского цензурного комитета9.

При сравнении лондонских изданий писем Петра Федоровича к Шувалову (а в ГИ2 и ГИ они идентичны) с изданием «Русского архива» бросается в глаза ряд отличий10*. Их изучение приводит нас к предположению о том, что публикация в журнале Бартенева была не только установлением текстологической истины, но и скрытым намеком, что историк-профессионал, каким являлся М.П. Погодин, не мог организовать столь небрежную публикацию важных исторических документов, и вместе с тем проявлением гордости собирателя, не побоявшегося заявить о своих ценностях даже под угрозой возможного преследования властями за «утечку» за границу столь важных документов.

Примечания

*. Герценовское издание. (Примеч. ред.)

**. Публикация этого письма в ГИ2 сопровождалась примечанием, которое в ГИ преобразовалось следующим образом (с сохранением пунктуации и орфографии): «Для дополнении Записок Екатерины II мы перепечатываем письмо приписываемое ей и как думаем адресованное Понятовскому. Мы его взяли из чрезвычайно любопытной книги вышедшей в прошедшем году (в 1858; в ГИ2 ошибочно указан 1848 год. — О.И.) в Берлине под заглавием «Российский двор сто лет тому назад» (La cour de Russie il y a cent ans)» (ГИ; 268). В ГИ по сравнению с ГИ2 выпущено имя издателя этого сборника — Шнайдера (publie a Berlin in 1848, par Schneider), что, по-видимому, также не случайно.

***. В ГИ этот текст передан так: «Cette lettre a été envoyée avec un domestique du grand-duc André de nom, mais elle fut intercepée par Stehelin et la grande duchesse ne l'а pas recue». Издательская небрежность привела к ошибкам, так, например, пропуск запятых привел к парадоксальному grand-duc André de nom (великий князь по имени Андрей), а пропуск дефиса в grande duchesse к иному смыслу (великолепная княгиня).

****. Вопрос с переводом слов «Nous les tenons de M.A. Herzen» сложен; наш перевод не может быть признан полностью удовлетворительным. Н.Я. Эйдельман переводит их так: «Мы передали их г-ну Герцену», что значительно изменяет смысл текста. Издателю логичнее сообщить, от кого получен документ (авторитет источника), чем то, кому он передан. Не исключено, что и здесь имеется простая типографская или редакционная ошибка.

5*. В ГИ2 и в ГИ эта фамилия дана так: Stehelin. Речь идет о Я.Я. Штелине, который в тексте ГИ2 (и ГИ1) фигурирует как Stehlein (р. 6); сам он себя называл — Stéhlin. Переводчик в ГИ правильно понял, о ком идет речь (с. 5). Об этой и о других подобных ошибках пойдет речь позже.

6*. В ГИ не все письма имеют номера и в разделе «Перевод» даны не в том порядке, в каком они представлены на французском языке.

7*. «Eigenhändiges billets sr Hochheit des Grosfärsten fo dieselben im Unwillen an einem Vormittag ohne jemands Wißen geschrieben und versiegelt durch den Zwerg André an Ihro Kais. Hoch, die Großfürstinn senden wollen. Weil aber der Hohrath Stählin darzukam und den Zwerg anhielt, dem Großfürsten aber die alle Folgen nachdrücklih vorstellete, wurde die Abgabe verhiendert, und eine zärtliche Versöhnung gestiftet». Что в переводе Погодина звучит так: «Собственноручная записка великого князя, которую написал он в досаде однажды поутру, не сказав о том никому, и, запечатав, послал с карлою Андреем к ее императорскому высочеству. Надворный советник Штелин, встретяся, удержал карлу, а великому князю представил с силою все дурные последствия. Подача была остановлена, и устроено нежное примирение».

8*. Это ошибка из-за неправильной даты в ГИ2.

9*. Ihro Kais. Hoch. (в «Утре») были исправлены на Ihre Kais. Hoch.; очевидная ошибка Hohrath на Hofrath; die alle Folgen на alle die Folgen. Как будет видно ниже, копия Погодина, по которой происходили исправления, была не совсем точна.

10*. Во-первых, изменен порядок писем, что, возможно, получилось случайно, поскольку даты на них отсутствуют. Во-вторых, в «Русском архиве» письма разбиты на предложения, чего почти нет в лондонских изданиях (например, в письме с упоминанием Lef Alexandritz одно предложение, а в публикации 1866 года — четыре; в письме с упоминанием Narischkin также одно предложение, в публикации «Русского архива» — три). В-третьих, имеются и некоторые другие различия: например, в первом письме И.И. Шувалову в лондонских изданиях значится Lef Alexandritz, а в публикации 1866 года — Lew Alexandritz, во втором письме упоминается d'Alexandre Iwanitz Narischkin (в переводе после отчества поставлен знак вопроса), а в «Русском архиве» — d'Alexandre Lwowitz Narischkin (что, по-видимому, неверно, так как камергером Петра Федоровича был Александр Александрович Нарышкин). Имеется достаточно много менее крупных разночтений, связанных с пунктуацией и орфографией, более правильных в издании 1866 года. Правда, нам неизвестно, насколько соблюдались правила самим Петром Федоровичем (об этом пойдет речь ниже).

1. Эйдельман И.Я. Восемнадцатое столетие в изданиях Вольной русской типографии. В кн. «Справочный том к запискам Е.Р. Дашковой, Екатерины II, И.В. Лопухина. М., 1992. С. 185.

2. Утро. Литературный и политический сборник, издаваемый М. Погодиным. М., 1868. С. 363—367.

3. Бильбасов В.А. История Екатерины Второй. Т. 1. СПб., 1890. С. 219.

4. Бильбасов В.А. История Екатерины Второй. Т. 1. Берлин, 1900. С. 238.

5. Добровольский А.М. Запрещенная книга в России. 1825—1904. М., 1862. С. 179, 180.

6. Русская старина (далее РС). 1906. № 10. С. 48.

7. Русский архив (далее РА). 1907. Кн. 1. № 2. С. 317—320. На эту заметку указал нам К. Писаренко.

8. РА. 1866. № 4. Стлб. 580.

9. Центральный исторический архив (далее ЦИА). Москвы, ф. 31. См. также: Зайцев А.Д. «Русский архив» и цензура. Археографический ежегодник на 1976 год. М., 1977. С. 101—110.